Julian Schnabel / Джулиан Шнабель
 Джулиан Шнабель родился 26 октября 1951 года нью-йоркском районе Бруклин.
В начале 1979 у Шнабеля состоялась первая персональная выставка в галерее Мэри Бун в Нью Йорке. В этом же году он показывает несколько своих «тарелочных» картин (в которые были вмонтированы осколки фарфора). Картины Шнабеля 1980-х годов, в основном очень большие, были сделаны наспех и отличались обилием материалов и стилей. В качестве холста художник часто использовал линолеум, бархат, звериные шкуры. Из картин выступали различные предметы. Например, оленьи рога, как на картине «Предыстория: Слава, Честь, Привилегия, Надежда», 1981 года. Шнабель создавал похожие на коллажи, с цитатами из старых мастеров, порой ребячливые картины. Следующие несколько лет он часто путешествует по Европе, где впечатлен работами Гауди, Сая Туомбли и Йозефа Бойса. Он участвует в Венецианском биеннале в 1980 и к середине 1980-х становится заметной фигурой среди неоэкспрессионистов. Живёт в Нью-Йорке. The emergence of artist Julian Schnabel as a mythical figure was a phenomenon of the modern art world in the 1980s. Once considered the bad boy of the New York art scene, Schnabel seemed to rise to prominence from nowhere. After earning a bachelor of fine arts degree from the University of Houston, Schnabel toured Europe before returning to his home of New York City. On his journeys both stateside and abroad, while living a bohemian lifestyle, Schnabel tackled many occupations, including cab driver and cook. Once he began painting as a profession, Schnabel's ability for self-promotion propelled him into the limelight. Джулиан Шнабель поставил три фильма по собственным сценариям. Его кинодебют «Баския» (1996) рассказывает о афроамериканском художнике Жане-Мишеле Баския, близком друге Энди Уорхола. Вторая картина «Пока не наступит ночь» (2000) представляет собой адаптацию мемуаров кубинского поэта Рейнальдо Аренаса, бежавшего со своей родины после прихода к власти Фиделя Кастро. Наконец, последняя на сегодня режиссёрская работа Шнабеля «Скафандр и бабочка» (2007) повествует о Жане-Доминике Боби, редакторе журнала ELLE, который в возрасте 43 лет оказался прикованным к постели. За этот фильм, основанный на автобиографии Боби, Шнабель получил награду за лучшую режиссуру на 60-м Каннском кинофестивале. Enormous canvases filled with vibrant colors and bold strokes typify Schnabel's paintings. With his first exhibition at Mary Boone Gallery in 1980, which launched him into the New York art scene, he gathered a following for his emotion-filled unusual works. By the time he exhibited his work in a show jointly organized by Boone and Leo Castelli in 1981, he had become firmly established, and a clamoring for his neo-expressionist paintings created on and with remarkable surfaces ensued. Schnabel's signature works, both abstract and figurative, have as a base surface either black velvet or broken crockery. Filled with raw emotion, the paintings contain an underlying edge of brutality while still being suffused with energy. Schnabel claims that he's "aiming at an emotional state, a state that people can literally walk into and be engulfed by." The monstrous canvases have elements of collage, yet his arrival as an artist signified the return of painting to an art scene that previously revolved around conceptual and minimalist art. «Когда Джулиан Шнабель снял свой первый фильм «Баския», артхаусная публика не сразу признала в режиссере-дебютанте знаменитость, и о фильме заговорили после некоторой заминки. Шнабель снял самый стандартный байопик, безо всяких вывертов, которые можно ожидать от неоэкспрессиониста, рисующего на разбитых тарелках, готовящего биг-маки со слайдами своих работ и позирующего фотографам в халате и шлепанцах. Шнабель всегда был звездой в уорхоловском смысле, но параллель с Уорхолом остается верной для Шнабеля-художника и не работает для Шнабеля-кинорежиссера. Уорхол, нацеленный на успех, снимал вызывающе некассовое кино, изводил публику снятыми с одной точки героиновыми монологами фабричных звезд на 15 минут. В фильмах Шнабеля дорогостоящие народные артисты делают именно то, что написано в сценарии, к этим лентам подходит определение «добротный», совершенно неприменимое к тому, что снимал Уорхол. За первым байопиком последовал второй - биография Рейнальдо Аренаса, писателя-диссидента, бежавшего в Америку от Фиделя и умершего от СПИДа. Третьим стала история парализованного редактора Жана-Доминика Боби. Все три фильма до изнеможения политкорректны: герой первого - чернокожий уличный художник, второго - кубинский гомосексуал, третьего - инвалид первой группы.
Художественная тактика Шнабеля всегда была такой - делать искусство, которое покупают: даже самые первые его выставки четверть века назад распродавались целиком. Вы удивлены, что политкорректность имеет успех, продается? Понравившаяся каннскому жюри, иностранным журналистам в Голливуде и Париже история, которую предложил Шнабель в своем фильме-лауреате, была успешна всегда. Еще не ведая о политкорректности, мы учили ее в школе: «Повесть о настоящем человеке» теперь называется «Скафандр и бабочка», а фанатика-большевика сменил редактор журнала Elle . Во всех смыслах приятные замены».ФИЛЬМОГРАФИЯ: 1996 — Баския / Basquiat 2000 — 2007 — Скафандр и бабочка / The Diving Bell and the Butterfly |
Желающим выкладывать видео необходимо зарегистрироваться на сайте, затем обратится личным сообщением к